Сыро, слякотно, осень, класс, как в той рекламе перед Домом2. Настроение - лучшее в году. Всегда самое боевое, хулиганское, эпатажное, много шалю и вступаю в сомнительные споры на деньги. Димас терпит, находясь в многомесячном оцепенении от меня. А я? А что я, с меня взятки гладки, осень сводит меня всегда с ума, я хочу романтики, трепета, пошлости, порока, и чего-нибудь еще.

Похоже вскрости я заведу мелкий, тайный романишко без последствий. Надо только выбрать кандидата на разбитое сердце. Осенью можно, в это время все себе разрешаю, повышено себя люблю, кутаю в шарфики, добавляю коньячок в кофе, покупаю помадки и катаюсь на трамвае. Вот нахожу романтичным поездки на этом трясущемся, звенящем агрегате. Куда-нибудь ехать в будний день, только чтобы сидя, рассматривать в окно людей и места, чего то в плеере слушать. Слушала и смотрела клип на Земфиру “Мы разбиваемся”. Любовь и смерть. Классика. Пронзительно, щемяще. Юля сказала, что я все таки ужасно много общего имею с Ренатой Литвиновой. Вот кто бы ни говорил - обращаю внимание слабо, чего тока за мои почти 30 про меня народ не сочинял, не каждого же всерьез слушать. А вот ей поверила, отсмотрела несколько фильмов и документальных сюжетов. Что то определенно есть. Концепция человеческая, вероятно, эпатажность, и жизнь для себя, так будто реальна только я. Любовь Ренаты к Земфире - у меня к Юле тоже могут ставить отпечатки, не видные мне, но отчетливые для окружающих. Но можно притянуть таким образом и мое сходство и с Гитлером, и буханкой хлеба, и с памятником Павлику Морозову, если захотеть. Кто чего желает видеть, тот то и заприметит.

Со мной мое дело, во мне моя вера. Ходила на мульт “9″. Или “6″? Сейчас столько ерунды одинаково названной поразвелось, что хоть караул запоминанию кричи. Что можно сказать о мульте? Унылая, грустная, зловещая, наркоманская чушь. Хотя спутник мой был в восторге. Одно лишь - голос Хабенского и понравился. Вспомнился его Колчак, это помогло высидеть, и не сбежать в бар. Брала в прошлую пятницу коллегу и бутылку ликера за грибами. Славно выпили, немного пообщались, немного грибы пособирали. А в целом мне не понравилось, я одиночка в релаксации, компания не нужна никогда. Очень четко сформулировал мой взгляд на отдых любимейший человек, диакон Кураев. Много читаю его нынче, красавца. Он меня успокаивает и как то вдохновляет.

На работе фанатично читаю Радзинского о Сталине. В башке оценка вождя становится отрицательной. Из многогодичного нейтралитета. Радзинский умеет тянуть в свой лагерь доселе равнодушных. В личном плане стабильность. Я страшно любима. Перебесилась с уходом от Дмитрия, он идеальный спутник для такой как я. Совершенно не давит, и я не давлю. По клубам хожу спокойно одна, прихожу под утро, гуляю пса, и спать. Жизнь моя совсем не изменилась, так же скачу куда хочу, спокойно в 2 часа ночи могу из кровати встать, собраться и уйти на пьянку, он пожурит, скажет что все таки я чокнутая, обзовет богемой, попросит не напиваться до чертиков, и миролюбиво помашет рукой в след. Гуляй, Машуля, но меня в декаданс не тяни, мне неуютно.

Меня это чудесным образом устраивает, я не выношу слежек, истерик, запретов и прочих кордонов. Попробуй Майклу Джексону запрети что-то, или какой нибудь Мадонне. А у меня уклад психики похожий, звездный был и есть. Потому мне сложно строить отношения, обывателю я кошмарна и неприятна, с богемой ужиться тяжко мне, как двум медведям в одной берлоге. У Юльки все хорошо, у Нат - не знаю, она игнорирует меня второй месяц, обидно, но такова судьба, дай Бог опомнится. Сестру сократили с работы, бросил один из любовников, второго сама послала, сейчас работу ищет. С маман перекидываемся посылками, мир и покой.